Объявления

Дневник российского беженца. Часть 2-я. «Шоушенк»

(Продолжение)

Дневник российского беженца. Часть 2-я. «Шоушенк»
Дневник российского беженца. Часть 2-я. «Шоушенк»

Прибыв в Хармондстворд я сразу ощутил, как сильно это место отличается от предыдущего. Один процесс оформления на «ресепшене» занял около двух часов. Но о желудке моем помнили даже в таких специфических условиях, и ужин предложили. Еда была пакистанская, но вполне съедобная.

Когда меня повели «показать мою кровать», я невольно ощутил себя гером голливудского фильма «Побег из Шоушенка». Контраст с Тинсли хаус, речь о котором была в предыдущей главе, был поразительный. Это было уже не «поселение», а настоящая тюрьма!

Суровый темнокожий парень провел меня через множество тюремных доворов, перед каждой дверью он останавливался, спрашивал разрешение по рации открыть следующую дверь, и мы продолжили свой путь. Войдя в мой корпус, поднялись на третий этаж. Повсюду были решетки, антураж – «Побег из Шоушенка», ни дать, ни взять!

Когда меня завели в комнату, то дверь за мной неприветливо закрыли на ключ. Как в тюрьме.

- А это и есть тюрьма, - отрешенно реагировал на мое удивление болгарский парень по имени Николай, сокамерник мой, как оказалось. Сама камера, хотя ее, чтобы не пугать впечатлительных именуют тут «комнатой», давила на психику любого, как только могла. Размер – крохотный, два, три шага сделал, и комната закончилась. Туалет – прямо здесь, стол, телевизор и две кровати, одна над другой, как в поезде. Только куда менее комфортные, как и стерильность постельного белья. Камеру закрывают на ключ в 20:30 и открывают в 8 утра.

Дневник российского беженца. Часть 2-я. «Шоушенк»

В общем, приехали. Или «приплыли»...

Николай часами жаловался на свою нелегкую судьбу, и ему пришлось посочувствовать. Жил человек 12 лет на самом севере Шотландии в городке под названием Инвернесс, работал, чуть ли не начальником в магазине, или менеджером, детей воспитывал, жену любил. Но в один «прекрасный» день уволил он свою подчиненную. А та, не будь дурой, возьми и пойди в полицию. Изнасиловал он меня, дескать. Доказательств, говорит нет, но я – кто? Болгарин. А она? Шотландка. Поверили ей. Полгода провел в шотландской тюрьме, пока девушка, проникшись угрызениями совести, не забрала заявление. Но работу уже не найти, клеймо «насильника» дамокловым мечом висит. Вот, говорит, власти, пытаются выслать обратно в Болгарию.

Утром Николая перевели куда-то в другое место. Я не огорчился, особенно после того, как он рано утром... Ладно, не будем об этом, дабы не портить читателям аппетит.

В первый же день вызвали меня к иммиграционным офицерам и вкратце объявили порядок действия. Поставлен я был на «fast track», это такой конвейер, который рассматривает прошение об убежище за 14 рабочих дней и «выплевывает» незванных гостей на их историческую Родину. Цифры в интернете красноречивы – 99 процентов участников «fast track» получают отказ. Пришлось готовиться к худшему.

Условия содержания в Хармондсворд сильно разнились с Тинсли. Здесь пойти в библиотеку или магазин, в котором можно положить деньги на телефон разрешалось только в строго регламентированные часы. Кстати, мой телефон конфисковали и выдали мне примитивную «Nokia» самой допотной модели с местной сим-картой. Кто-то говорил, что эти телефоны прослушиваются. Я не верил. Слишком хлопотно. В этом Хармондсворде около 800 человек «квартируется», если каждого прослушивать, да еще и понимать все языки, на которых говорят люди, никакого home office не хватит. Ерунда.

Офицеры в этом учреждении были более строгие и менее приветливые. А люди, сюда прибывшие, сходили с ума или рвались поскорее домой. Выдерживал такое испытание не каждый.

Я наблюдал несколько раз страшные картины. У одного парня индо-пакистанской внешности откровенно «сорвало крышу». Он сидел или лежал на полу, смотрел в одну точку, повторял что-то, лишенное смысла, роняя слюни на пол. На всякий случай у его комнаты дежурил весь день офицер. Другой парень просил поскорее купить ему билет домой. «А то я тут чего-нибудь с собой сделаю, не могу больше». Монгол, которому, наоборот, купили обратный билет, объявил голодовку и не ел четыре дня, пока ему не сказали, что он может остаться. Но не в стране, а в Хармондсворде.

Какое-то время после внезапного ухода грустного болгарина я был один, но через пару дней поздним вечером дверь камеры отворилась, и мне ввели соседа. Весьма экстравагантного.

Это был высоченный, под два метра, поляк неопределенного возраста. На вид ему было лет 60, не меньше, волосы седые и длинные, заплетенные в хвостик, но сколько ему было на самом деле, я не знаю, его лицо говорило о том, что в жизни он пережил многое.

С появлением Анджея, так он представился, находится в комнате стало невыносимо. Оказалось, он – бездомный садовник (как говорили в одной старой российской рекламе: «А запах!»), который залез в чей-то лондонский дом. По его мнению, раз дом пустовал, он мог там пожить. Кто-то увидел и вызвал полицию. В общем, его хотели отправить в Польшу, скорее всего.

Его сторонились даже другие поляки, жившие в корпусе. На второй вечер польский «дедушка» обезумел. Он выпил то, что в российских тюрьмах именуют – «чифир», то есть, собрал в большую миску шесть-семь пакетиков чая и залил кипятком. Как оказалось, подобный допинг весьма опасен.

После полуночи Анджей стал нервничать по поводу того, что он находится в закрытой камере.

- Почему никто не обращает на меня внимание? Что я должен сделать, чтобы они вспомнили обо мне? – вопил он.

А потом весьма неожиданно добавил:

- Я думаю, в этой тюрьме кто-то очень скоро должен умереть.

Дневник российского беженца. Часть 2-я. «Шоушенк»

Я решил, что ослышался поначалу, и с удивлением посмотрел на него. Дальше было еще «веселее».

- Я знаю, что такое убивать людей, - продолжал он. – В своей жизни я убил четырех человек, полжизни провел в тюрьмах. Мне, наверное, нужно убить здесь кого-нибудь, чтобы они вспомнили обо мне, обратили, наконец, внимание. А то они меня не боятся, а зря! – вопил поляк.

Я невольно покосился на запертую дверь. Что делать? Стучать в дверь и просить помощи, надеясь, что офицер с первого этажа услышит меня? Или лечь на свое место, не спать, быть готовым к атаке (вдруг задушит во сне?!) и только утром пожаловаться на «соседа»?

Пока я размышлял, неожиданно (а время было далеко заполночь) открылась дверь. На пороге была девушка-офицер. Она сообщила Анджею, что его переводят в другое место, поскольку здесь, в основном, содержатся просители убежища, а у него другой случай. Но агрессия у поляка к тому моменту еще не прошла, и он начал возмущаться, повторяя девушке то, что, по его мнению, в тюрьме может кто-то умереть. Из средств самообороны у офицера были, как я понял, только наручники. Так что она, похоже, сама несколько испугалась и поспешила заверить поляка, что он может здесь оставаться до утра, и только потом будет принято решение, куда его переводить. И собралась уходить...

Тут уже не выдержал я. Вскочил и подошел к порогу, пытаясь негромко сообщить ей, что находиться в одной комнате с этим, в лучшем случае, сумасшедшим бездомным, а в худшем, закоренелым преступником и убийцей, я не могу. Офицер спросила, хочу ли я сменить комнату прямо сейчас. «Of course!».

Пребывание мое в этом мрачном месте пришлось на британские праздники. А это четыре дня, во время которых никто не работает, а значит и дело мое не продвигается. И каждый день был похож на предыдущий. Если погода позволяла, я старался почти все время проводить на улице, в тюремном дворе. Брал в библиотеке книги и читал дни-напролет. Вокруг людей с книгами в руках я не видел. С сигаретами в зубах - видел, с сумасшедшинкой в глазах – тоже. Некоторые умудрялись находиться под наркотическим опьянением. Где доставали препараты, остается догадываться.

Русских вокруг не было. Попался мне один молодой парень кавказской внешности.

- Из России? – спрашиваю.

- Я – литовец, - отвечает.

А большинство, как мне показалось, были албанцы. Они ходили группами, громко разговаривали и вообще вели себя так, словно не в тюрьме находились, а на курорте.

(Продолжение следует)

 



Комментарии


Статьи по теме


Иммиграция


Калатог компании в Англии
Реклама
ANGLIYA.today
Facebook
Калатог компании в Англии